Асалхан Ользонович Бороноев, декан факультета социологии Санкт- Петербургского государственного университета отвечает на вопросы главного редактора ЖССА В. В. Козловского. В интервью обсуждаются факты биографии, научная карьера профессора Бороноева, он излагает свое видение проблем развития социологии и социологического образования в С.-Петербурге и России.

Представлены некоторые из последних писем П. Сорокина, написанных в 1967-68 гг. Помимо тем личного характера, Сорокин касается вопросов научного статуса социологии в России и Советском Союзе и отношения советских ученых к его теориям.

В статье дебатируется ситуация, сложившаяся в социологии. Несмотря на мультипарадигмальность и методологическую неопределенность, социология посредством концептуальных конструкций формирует социальную реальность. Подчеркиваются четыре аспекта этого парадокса:
- социология приобретает социальный статус и институциональную стабильность, которые легитимируют ее суждения, но при этом она утрачивает изначальную интенцию находить решения существующих социальных проблем;
- мультипарадигмальность высвобождает воображение социологов, но умножение метафорических образов приводит к умножению мнений, размывает общую картину;
- с развитием национальных / региональных школ социология становится авторитетной общемировой дисциплиной, но утрачивает единство, распадаясь на относительно замкнутые сообщества;
- сосредотачиваясь на изучении социальных структур и процессов, социология утрачивает индивидуальное / человеческое измерение, уступает эту сферу другим дисциплинам - социальной психологии, культурной антропологии и т.п., - но получает от них новую антропологическую дисциплину.
 

В первой части статьи (I-II) дается набросок исторической социологии амбивалентности, которая сосредотачивает интерес на соотношении амбивалентности и категории «чужой». В сегментированных и стратифицированных обществах чужой функционирует как центральная категория в силу того, что он репрезентирует угрозу, инновации, альтернативы и возможность почувствовать статусные разрывы. Это - главные измерения социетального риска. Таким образом, амбивалентность, похоже, является адекватной установкой по отношению к чужому, т. к. она предлагает возможности для временного включения чужого и в то же время поддерживает другую сторону бинарных оценок, которая оправдывает резкое отвержение и исключение чужого в случае необходимости. Во второй части (III) анализируется амбивалентность в современных обществах. Амбивалентность больше не связана с формулированием границы общества. Напротив, она становится самоочевидной частью институционализации социальных структур и социальных ролей, что демонстрируется в классических социальных теориях (Мертон, Парсонс, Луман). Если амбивалентность не является больше особой установкой по отношению к пограничным феноменам, следует задаться вопросом о соответствующем изменении в современных установках по отношению к чужому как пограничной роли. В последней части (IV) делается попытка показать, что чужой как исключенный другой в бинарной схеме не является больше конститутивным для восприятия других в современную эпоху. Здесь возникает третий статус между такими классическими альтернативами, как родич / чужой и друг / враг. Большинство людей в мире наделяются этим третьим статусом, в отношении которого нашей нормальной установкой является индифферентность. Если это является нашим первичным восприятием этих людей, они больше не являются чужими.
 

Неомарксистскому учению о расе и этничности принадлежит ценный вклад в познание расовых и этнических отношений. Статья фокусирует внимание на влиянии марксистской парадигмы на современные исследования расы и этничности. В первой части статьи анализируется классические неомарксистские работы О. Кокса "Каста, класс и раса" и М. Райха "Расовое неравенство". Во второй части рассматривается роль государства в поддержании расового господства, роль расизма как источника разделения внутри рабочего класса, феномен нового культурного расизма и расиализации современного дискурса.

Статья раскрывает связь социального и экономического в контексте глобальных социально-исторических изменений: от традиционного общества к современному и от современного к пост-современному. Модернизация рассматривается как процесс социальной дифференциации, в ходе которой социальные подсистемы - экономика, право, политика и религия - обособляются. Постмодернизация - это обратный процесс де-дифференциации, в ходе которой экономика интегрируется в социальное целое и сливается с политикой в рамках государства благосостояния (wellfare state). Экономика утрачивает доминирующий характер, потребление преобладает над производством, принципы стоимостной экономики трансформируются в потребительно-стоимостные принципы, саморегулирующийся рынок трансформируется в регулируемый. Однако, постмодернизация - это не краткосрочная тенденция, она предполагает весьма длительный период реконструкции структуры общества и она происходит параллельно с процессом глобальной модернизации, имеющим место в большинстве развивающихся стран.
 

В статье анализируются современные изменения в экономике постмодернистского общества и перспективы экономического развития России. Автор полагает, что постиндустриальная эпоха характеризуется не становлением информационного общества, а виртуализацией общества. Поскольку модернизация по существу является процессом овеществления общества, новая эпоха - постмодерн начинается с процессом развеществления: сущность человека отчуждается не в социальную, а в виртуальную реальность, где человек имеет дело не с вещью (располагаемым), а с симуляцией (изображаемым). Институциональный строй симулируется, а не устраняется в силу того, что он служит своего рода виртуальной операционной средой, которая поддерживает атрибуты реальности, открыта для входа / выхода и в которой удобно создавать и транслировать образы. Постиндустриальная экономика виртуализируется: создаваемые рекламой образы ценностей потребителя, а не реальные вещи обращаются на постмодернистском рынке; "виртуальные корпорации" - временные альянсы, - симулируют крупные корпорации; система кредита делает платежеспособность не столько функцией обладания реальными средствами, сколько функцией образа финансовой "благонадежности." Виртуализация товара, труда, организации, денег ведет к тому, что использование компьютерных технологий становится и средством, и этосом экономической деятельности. Перспективы успешного экономического развития России связываются не столько с промышленным ростом, сколько с тенденциями виртуализации. Первичный и вторичный секторы рассматриваются в качестве инфраструктуры развития виртуальной экономики, политической формой которого должна стать "виртуальная империя."

Статья содержит анализ результатов исследования политического дискурса оппозиции. Объктом исследования являются газетные тексты, представляющие два российских оппозиционных движения: коммунистическое и державно- патриотическое. Исследовательский подход опирается на традицию дискурсного анализа и фрейм-анализа. Автор реконструирует дискурс оппозиционных движений и оценивает их потенциал политической мобилизации.

В истории становления современного качественного исследования выделяются три линии развития. Одна берет начало в движении европейских романтиков и ведет через Дильтея к Веберу и Зиммелю, а завершается в Чикагской социологической школе и у Мида. Феноменология Гуссерля и феноменологическая социология Шюца представляют вторую линию, в рамках которой качественное исследование направляет внимание на интерпретации, посредством которых деятели конструируют реальность. В 1960-е гг. возникает третья линия, ориентированная на скрытые структуры действия. Кризисные эксперименты Гарфинкеля являются примерами социального исследования, демонстрирующего, насколько "тонок лед", по которому движется нормальное действие в повседневной жизни.
 

Исторический, теоретический и методологический аспекты единого процесса социологического познания общества в условиях базового социологического образования изучаются в отдельных дисциплинах. Предметом теоретической социологии является логика теоретического познания общества и ее результаты. Теоретическое знание делится на фундаментальные (общесоциологические) теории, теории среднего уровня (специальные социологические теории), гипотезы и обобщения результатов эмпирических исследований. Теоретические направления фундаментального уровня различаются и систематизируются на основе их существенной связи с различными решениями важнейших философских, теоретико-познавательных и мировоззренческих проблем, сформулированных в истории европейской социальной мысли. Тем самым созданы гносеологические и дидактические ориентиры в преподавании предмета с учетом ситуации в российской социологии. Публикуется тематическая программа лекционного курса по дисциплине «Социологическая теория» для студентов 2 года обучения.

Модель нуклеарной семьи постепенно утвердилась в капиталистических обществах на протяжении XVIII в. Распространившись в течение XIX и первой половины XX в. на все социальные классы, эта модель стала проблематичной в последние десятилетия. Многочисленные значительные изменения в отношениях мужчины - женщины, похоже, ставят под вопрос сформировавшиеся гендерные идентичности. Опираясь на происходящее во Франции, авторы намерены говорить о противоречивости этих изменений, чтобы показать как они ниспровергают идентичности, но также, как они способствуют их поддержанию, если не усилению. Предлагаемый анализ подчеркивает, что именно эти гендерные идентичности, какими они воображаются и формируются сейчас, конституируют основной барьер на пути восстановления равновесия в отношениях между мужчинами и женщинами, особенно в семейных отношениях.
 

Конференция "Теория и практика социального развития" проходила 24-26 мая 1997 г. на факультете социологии Санкт-Петербургского государственного университета. Каждый день работа конференции была сфокусирована на одной проблеме, предлагаемой в качестве темы для общей дискуссии:
1. Социологическая теория развития общества: фундаментальные концепции и современные проблемы;
2. Взаимодействие социального, культурного и экономического развития;
3. Теоретические и практические проблемы управления социальным развитием. Представлены ключевые идеи участников дискуссий. В рамках конференции был организован круглый стол "Социальный прогресс и будущее России".

Рецензируется книга русского историка М. К. Любавского "Обзор истории русской колонизации с древнейших времен и до XX века". В концепции Любавского авторы выделяют три уровня анализа:
1) уровень исторического и географического анализа территориального становления российского государства;
2) уровень социального анализа отношений между социальными группами, участвовавшими в колонизационном процессе, и государством;
3) уровень юридического и политического анализа практики конституирования государством колонизуемых территорий. "Географический" подход превалирует в концепции Любавского, но, несмотря на эту некоторую односторонность подхода, книга может рассматриваться как энциклопедия становления Российской Империи.